Стр. 1 из 1 [изм.]
Кратко
Примерно в полдень тишину теплого летнего дня взорвал отчаянный стук в восточные ворота города. Когда стражники отодвинули крепкий дубовый засов, то увидели на пыльной дороге запыхавшегося и испуганно озирающего Сильвио. Старшина Грегори, который дежурил в этот день у ворот, был очень удивлен, так как Сильвио не часто посещал город, обычно он проводил все время у своего учителя - темного мага Торвилла в его башне или проворачивал свои подозрительные делишки у калитки кладбища на востоке от города. На вопрос "Что случилось?", Сильвио лишь сильнее задрожал и срывающимся голосом потребовал встречи с офицером Санчесом - главой городской стражи, отвечающим за безопасность в городе. Вот что рассказал Сильвио: часом раньше, когда он по своему обыкновению приторговывал магическими реагентами около городского кладбища, до его слуха донесся подозрительный шорох со стороны склепа. Приоткрыв калитку, Сильвио заглянул внутрь и увидел, как над старым могильником зашевелилась трава, а из-под земли послашался тихий вздох. Волосы встыли дыбом у молодого мага, когда он почувствовал, как потянуло загробным холодом, а калитка за его спиной со скрипом начала закрываться сама по себе! К счастью, не зря Сильвио был учеником такого сурового и своенравного чародея как Торвилл. Взвизгнув о страха, он стрелой выскочил из калитки и помчался со всех ног мимо озера, а потом сквозь кусты на север, в сторону башни своего учителя. Торвилл выслушал перепуганного юношу и приказал принести пригоршню черного пепла из мраморной шкатулки на одной из полок. Когда Сильвио вернулся в зал со шкатулкой, Торвилл стоят у постамента с древней книгой и с мрачным видом листал пожелтевшие страницы. "Учитель, я принес пепел", прошептал Сильвио - никогда еще его учитель не выглядел таким угрюмым и подавленным. Темный маг молча взял шкатулку и начал приготовления к ритуалу. Надо сказать, что хоть Торвилл и является темным магом, презирает всех жителей города (но это взаимно, кстати) без исключения, он не был на стороне сил Зла. По крайней мере, никогда в этом не признавался. Торвилл посвятил свою жизнь тем аспектам магии, от которой отказались все остальные "светлые" маги. Если вам о чем-то говорят такие слова как "некромантия", "вампиризм", то вы понимаете о чем я. Так вот, Торвилл является автором нескольких уникальных заклинаний и, в частности, заклинания по поиску ауры на области. Заклинание обнаружения показало, что в районе кладбища появилась странная активность. Еще несколько трюков с магическими потоками и все встало на свои места... Больше тысячи лет назад на том месте, где сейчас стоит город, находилось в глухом лесу святилище одного из богов смерти. В нем нес службу молодой чародей с большими амбициями. Не имея таланта в простой магии, он стал практиковать не слишком гуманные навыки... Через несколько лет он стал самым могущественным некромантом на всей известной территории. Его сила росла с каждым днем, но однажды он совершил роковую ошибку - поднял из мертвых погибшего пса одного из местных охотников. Дело в том, что собаки - единственные из живых существ даже в виде зомби сохраняют частичную верность хозяину. Пес вернулся в деревню посреди лунной ночи, прошел незамеченным сквозь приоткрытую дверь, подошел к кровати своего бывшего хозяина, молча сел у изголовья и стал не мигая смотреть тому в лицо своим зеленоватым взглядом, взглядом зомби... Охотник не смог простить некроманту того, что тот сдела с его лучшим другом. После ритуала развоплощения, который провел местный священник, пес был упокоен, теперь уже навсегда и нашел последний приют под старой вербой над обрывом у реки. А охотник собрал жителей деревни и под магическим пологом (наведенным тем же священником) провел людей к жилищу некроманта. Так как тот не был силен в обычной магии, то не смог обнаружить крадущихся мужиков с факелами, и в один миг был зарублен топорами и рассечен на части широкими косами. Но прежде чем так бесславно закончить свою подавашую такие надежды карьеру, он проклял деревню и ее жителей, поклявшись вернуться и отомстить, когда род охотника сменится столько раз, что его потомки забудут о том, что произошло той ночью... Что случилось с деревней после этого, история деликатно умалчивает, но во всех катаклизмах, обрушивавшихся на этот край за прошедшие столения, род бесстрашных охотников уцелел, однако память не вечна. Звали некроманта Назгул, что на древнем языке означает "Сын раздора". Вот о чем поведали духи Торвиллу по время проводимого им ритуала обнаружения. И опустились бессильно руки темного мага, потому что понял он, что уже ничего изменить нельзя, земля над неупокоенным некромантом (который был сражен в этом месте на сотни лет раньше, чем появилось само кладбище) пришла в движение и даже боги бессильные помешать свершиться древнему проклятию. Так же духи поведали Торвиллу о том, что неизвестная сила дала толчок к пробуждению от сна горящей злобой душе некроманта. И что в его распоряжении оказался легендарный меч Драккара, выкованный гномами еще во времена расцвета Ансалона. Этот меч входил в комплект Драккара, известного тем, что даже лучшие палладинские клинки и доспези уступали ему по качеству, а также тем, что каждый предмет из комплекта Драккара инкрустирован магическими самоцветами, повышающими их свойства. До сих пор считалось, что комплект Драккара был безвозвратно потерян под обрушившимися шахтами во время извержения вулкана 400 лет назад, даже известный историк Клавдиус из городской библиотеки не смог найти упоминаний о комплекте Драккара в своих свитках и хрониках. Не зная, чем может грозить Насгул городу и какова его теперешняя сила, Торвилл послал Сильвио предупредить городскую стражу, а сам начал плести заклинание, которое могло бы ослабить восставшего из мертвых по время надвигающегося боя. По всему городу были разосланы глашатаи, десятки добровольцев точили мечи и закупали свитки с заклинаниями, срочно нанимались на службу отряды наемников и призывались рекруты со двора рыцарей. Лорд Хаген лично возглавил оборону, распределив дозорные отряды у каждого выхода из города, а командир Маркус проводил первоначальный инструктаж новичков, рвущихся по неопытности в бой (знали бы они, на что идут!). Сотни горожан жили и работали в едином порыве - противостоять древнему злу, грозовой тучей надвигающемуся на город... Сильвио был отправлен к кладбищу, чтобы предупредить остальных в случае начала боевых действия. Вместе с ним оправилось два десятка добровольцев из числа вольных приключенцев. И вот, когда солнце началось клониться к закату, над холмиками могил раздался ужасный рев, земля фонтанами взлетела вверх, а из-под обрушившихся каменных стен склепов потянулись к небу костлявые руки зомби, покрытые полуистлевшими лоскутами плоти... Неожиданно среди руин появились те, кого никто не ожидал - темный палладин и несколько темных магов, от чьей магии и полегли первые жертвы среди защитников. На какое-то время воцарился кромешный ад - неизвестно, кто нанес первый удар по восставшим их мервых, но в воздухе засвистела сталь клинков, а над клубами пыли и смрада раздались напевы боевых заклинаний. Намники отчаяно рубили неподдающуюся плоть мертвяков, лучники и арбалетчики залпами били по скоплениям нежити, а от заклинаний магов в воздухе закручивались смерчи и с ревом вздымались водяные валы, сметавшие легкие скелеты как пушинки и разбивавших их о каменные стены полуразрушенных склепов. И над всем этим хаосом неподвижным монолитом возвышалась фигура в темно-красном плаще со сверкающими алами глазами из-под опущенного капюшона... Первый сокрушительный удар по нежити нанесли все такие маги. Несколько человек объединились в круг Силы и объединенным порывом провели обряд массового развоплощения. Несмотря на некоторый успех защитников города, виновник торжества - восставший некромант Назгул как будто не замечал суетившихся вокруг людишек. Небрежным движением он отшвыривал в сторону воинов, оказывавшихся поблизости, а заклинания не причиняли ему особого вреда, хотя кастовавшие их маги буквально валились с ног от изнеможения. Через несколько минут темная фигура повернулась и направилась по дороге в сторону города, а защитники остались добивать мертвяков, оказывать раненым помощь и по возможности воскрешать павших товарищей, пока их души не отделились слишком далеко от тела. После первого столкновения, потери понесли обе стороны - была почти полностью уничтожена первая волна нежити, а среди горожан погибли, в основном, наемники - приключенцы благоразумно осыпали врага стрелами и болтами из арбалетов, а также заклинаниями с безопасного расстояния. Впрочем, несколько человек все же погибло, нанеся перед смертью ощутимый урон нападавшим, некоторые смогли даже добраться до Назгула, хотя тому это и не причинило особенного вреда. Немного оправившись от безумного месива, десятки приключенцев кинулись в погоню за некромантом, и были непрятно удивлены, когда тот под ужасный грохот вздрогнувшей земли вызвал еще несколько темных магов, разивших без промаха все живое. Так, продвигаясь на юг и оставляя позади себя горы трупов, двигался Назгул со своей армией к стенам города... Еще несколько раз сталкивались волны отважных добровольцев и безумных орд прибывающей нежити в беспощадном и жестоком бою, крики проклятий и звон мечей раздавался на много миль вокруг, поднимая тучи воронов над окрестными рощами... И все же темное войско непреклонно приближалось к городским воротам, не смотря на отчаянные усилия добровольцев остановить это зловещее шествие... А над стенами города уже развевались на ветру пурпурные стяги, призывая защитников к бою, среди бойниц блестели на солнце начищенные медью шлемы городской стражи, слышался звук натягиваемой тетивы на осадных арбалетах и приглушенные ругательства командиров, бесстрашно взирающих на развернувшееся по дороге к городу побоище. Как только начали разворачиваться события на кладбище, Сильвио кинулся к городским воротам и предупредил стражников, что действие началось (а точнее, когда он об этом сообщал, оно было уже в разгаре), поэтому к встрече "гостей" все было готово. Несколько десятков добровольцев даже вышли за ворота города, чтобы первыми встретить приближающегося врага и завоевать себе вечную славу, либо погибнуть с мечом в руке. Когда темная полоса со сверкающими на солнце взмахами клинков, вспышками магических молний и глухими взрывами массовых заклинаний подползла к городским воротам, оставляя за собой кровавый след с неподвижными обугленными телами павших, над зубчатым верхом городской стены раздался властный голос офичера Санчеса. Тысячи арбалетных стрел взвились в воздух, заслонив на мгновение тонкими росчерками солнце, и смертельным дождем обрушились на врага, безошибочно находя свои жертвы. Добровольцы у ворот с ревом, гиганьем и свистом понеслись на восставших из мертвых, пришпоривая своих горячих коней с развевающимися на ветру гривами и распугивая окрестных зверей топотом копыт. Еще не раз вызывал на подмогу темных магов уже изрядно потрепанный некромант Назгул, снова и снова Санчес давал команду на арбалетный залп со стен города, а добровольцы рубили с плеча, рассекая зомби на части или героически падая под копыта коней, пораженные вражеским заклинанием или кровавыми клинками темных палладинов... Назгул, казалось, не замечал боли, стрелы сгорали в воздухе на подлете к его фигуре, а мечи бессильно скользили по складкам его плаща. Но все больше панических нот начинало слышаться в его насмешках и угрозах. С каждым сраженным служителем зла, движения некроманта становились все резче, а голова металась с горящим взглядом из стороны в сторону в поисках городских ворот. Наконец, когда из нападавших в живых осталось всего несколько темных магов, Назгул издал радостный рев и кинулся в разбитые его ордой ворота города. Темные маги бросились за своим предводителем, но как только переступили городскую черту, тут же были зарублены вступившими в бой стражниками. Один Назгул неуклонно двигался на запад, по направлению к банку, игнорируя удары мечей и заклинания. Все видели, что силы его тают, но пока это была еще серьезная угроза, поэтому защитники города не прекращали усилий остановить его. Когда Назгул добрался до банка и ударом плеча вышиб южную дверь, в здании находилось несколько человек, среди которых и офицер Санчес, вернувшийся от ворот, когда осада была закончена, чтобы находиться в гуще событий. Издав нечеловеческий хохот, Назгул поднял меч и бросился на ближайшего человека, им оказалась девушка в новеньком стальном доспехе. В этом заключалась вторая роковая ошибка некроманта за его жизнь. Или, вернее сказать, нежизнь. Реакция офицера Санчеса была мгновенной - он выхватил шпагу и широким жестом пронзил сердце Назгула. Клинок волшебной шпаги, рукоятка которой инкрустирована алыми рубинами, проткнул насквозь тело злого некроманта, подняв за его спиной плащ на несколько дюймов. В здании банка подул ледяной ветер, раздался отчетливый потусторонний вздох, Назгул вздогнул, медленно повернул голову и уставился куда-то в угол здания. Воины, оказавшиеся в это время в банке, а также те, кто успел ворваться в здание по следам Назгула, продолжали рубить и кромсать его тело, Санчес раз за разом наносил ужасный урон своей шпагой, оставляя светящиеся следы от уколов на одежде чудовища, а движения некроманта все замедлялись и замедлялись, пока он просто не перестал сопротивляться, но продолжал не отрываясь смотреть в угол здания, на незамеченную никем фигуру человека, стоящего в тени со скрещенными на груди руками и не участвовавшего в сражении. Наконец, совместными усилиями жители города зарубили восставшего из мертвых, и некромант рухнул на деревянный пол, раскинув руки, и остался лежать лицом вниз. А по полированным доскам растекалась лужа черной крови, на глазах становшейся обыкновенной красной человеческой кровью... Никто не притронулся к лежащей на полу массивной фигуре, воины молча стояли полукругом, опустив мечи и тяжело дыша, смахивая со лба капли пота и поправляя вспотевшие пряди волос. И никто не глянул в дальний угол здания, где как-то очень уж странно быстро растаяла тень и легким прохладным ветерком проплыла к выбитой двери банка, навстречу щебетанию беззаботных птиц, манящей зелени деревьев и яркому летнему солнцу... Говорят, Назгула через какое-то время снова видели где-то в черте города, а также что он появился и в банке, но стражники были нагове и тут же его зарубили, после чего призрак некроманта произнес длинную фразу, но так как ни у кого из присутсвующих не был развит навык спиритизма, то все услышали лишь негромкое потустороннее завывание: "Оооо-ооо оооооб оооо!", в котором, как уверждают некоторые очевидцы, отчетливо слышались нотки удивления и даже мольбы... Но призрак растаял, оставив смущенных стражников гадать, о чем пытался поведать?.. предупредить?.. попросить?.. призрак самого могущественного некроманта за всю историю Амулета Дракона. Сильвио вернулся к своему излюбленному занятию - торговать магическими реагентами у калитки кладбища, но до сих пор вздрагивает, когда слышит скрип кладбищенской ограды под порывами ветра или вызванным прикосновением к решетке тяжелых грядей поспеваюшей красной рябины... А Торвилл после этого случая стал еще более неприветливым с посетителями, все чаще он запирался в собственной башне вдали от людей и даже Сильвио боялся в такие моменты потревожить своего учителя. Говорят, в самой высокой зале черной башни, среди расставленных постаментов с магическими реагентами и подсвечников с оплывшим воском, у стены, рядом со вьевшейся в камень шестиконечной пентаграммой из темной пыли, стоит древний двуручный меч, на крестовину которого небрежно накинут кусок оплавленной по краям темно-красной материи, а в рукояти меча сверкают и переливаются собственным светом алые рубины... Ну а в остальном, в мире все осталось по-прежнему, правда? Правда?
← пред | след →

Введите номер страницы:

Перейти
[Назад]